Корреспондент "МК-Эстонии" провел целый в таллиннском приюте для бездомных животных.

7.55 — добро пожаловать в…

Лара Козырева, директор приюта, предупредила, чтобы я надела то, что не жалко. Я же в наивности своей думала, что схожу погуляю с парой-тройкой барбосов, может, посмотрю, как там в ветеринарной клинике. К концу дня мои кроссовки, мужественно выдержавшие несколько лет прогулок с собакой, уроки верховой езды и не собиравшиеся погибать в ближайшем будущем, все же умерли, отбросив подошвы. А домой я приехала, насквозь пропитанная ароматами, впечатлениями и эмоциями. Хотя не могу сказать, что делала что-то сверхъестественное или меня гоняли как солдата на плацу. Всего лишь обычный день обычного понедельника в приюте.

 

Меня встречает смена — Олег, Марина, Света и Яна — уборщики приюта. Именно они следят за чистотой, встречаются и общаются с желающими сдать-забрать животное, занимаются кормежкой, стиркой, уборкой, готовкой. "На самом деле они тут за все, я лишь порядок поддерживаю", — смеется Лара.

"Сегодня понедельник, и приют закрыт для посещений, — говорит Олег. — Это самый тяжелый день в плане работы, потому что по понедельникам весь приют выскабливают и дезинфицируют по всем закоулкам. Работа начинается сразу. Вот только перекур — святое. И кофе попить". (Кстати, про "закрыт для приема" — громко сказано. Все равно принимают посетителей, все равно отвечают на звонки — а как иначе?)

8.10 — отключить эмоции

Первые полтора часа, пока еще не закрепили за кем-то, я хожу за Мариной хвостом и изучаю фронт работ. На первом этаже живут собаки — кто-то в карантине, кто-то уже в порядке, ожидает новых хозяев. "Вот, например, сейчас стаффорда привезли, — рассказывает Марина. — Чудесный пес, молодой, воспитанный, очень хороший, но, конечно, нужна твердая рука и никакого баловства — не та порода. Хозяйка его привезла сюда, долго полоскала нам мозги тем, как она его любит, но вот он на ребенка чуть не набросился, наверное, надо отдать. В итоге, страдала-страдала, уехала все же с псом обратно. Каков же шок был, когда мы нашли этого бедного пса привязанным к дереву неподалеку от приюта, с миской сухого корма, без воды и буквально сожранного комарами… Кем надо быть, чтобы совершить такой поступок?"

И добавляет, что очень часто хозяева оставляют своих питомцев привязанными к деревьям возле приюта. Как говорится, без комментариев.

Пока я перевариваю информацию, Марина подводит меня к своей любимице — белой беспородной суке по кличке Мона, хотя Лара и здравый смысл говорят, что привязываться здесь ни к кому нельзя — приют не место для сентиментальности. Мона при виде Марины вся растекается в мармелад, поскуливает, попискивает и извивается от восторга.

"Дай-ка я шов твой посмотрю — недавно стерилизовали, что-то заживает долго. Да лежи ты спокойно, я сейчас зеленкой побрызгаю!"

Мона наконец-то улеглась и разрешила провести необходимые манипуляции. "Жаль, уезжает скоро, нашлись хозяева для нее. А такая псина чудесная!"

Тем временем Олег потихоньку наводит порядок у собак — они все на свежем воздухе в вольерах, а в помещении нужно собрать шерсть (ее тут хоть пряди), вымыть боксы, миски,сменить подстилки. С Мариной вдвоем они управляются быстро и как-то очень незаметно. Уже через час характерный аромат ночи (кого-то из собак стошнило, у кого-то открылся понос — да мало ли у приютских барбосов проблем) исчезает, ведь работники выскребли и отмыли все боксы, сменили животным подстилки, полностью продезинфицировали помещение.

Приезжает Лара и на коротком собрании меня определяют в помощь Свете — к кошкам. Иду за ней на второй этаж — первый они уже вымыли.

9.30 — грузите мусор бочками

"Ты пока вынеси мусор, потом скажу, что делать дальше", — напутствует меня Света, и я резво устремляюсь к двум небольшим мусорным мешкам неприметного серого цвета, стоящим возле лестницы. Поднимаю один из них, охаю и чуть не падаю вместе с ним вниз — мешок весит килограммов 8, а рядом еще и второй, размерами не многим меньше первого. "Это использованный наполнитель лотков, — объясняет Света. — С одного бокса. За смену мешков 12-14 будет".

Смена — это один день. Итого — под сто килограммов. Одного только мусора, с которым нужно пробежаться со второго этажа вниз и дальше — к контейнеру. Это обычная работа, уборщики еще и радуются тому, что наполнитель опилочный — размокший песок весит куда больше.

9.35 — посудомойку заказывали?

После боевого крещения я поднимаюсь наверх и приступаю к сбору кошачьих мисок. Все ли съедено или же оставлено — не важно, из мисок выгребаются остатки и скидываются в мешок, в другой кладется грязная тара. Никакой экономии здесь нет и быть не может, корм — штука скоропортящаяся. С полным мешком грязных и ароматных мисок (еда для животных, если кто не знает, обладает специфическим запахом) спускаюсь на кухню и приступаю к мытью. Миски сначала моются вручную, а затем отправляются в посудомоечную машину — все должно быть стерильным, потому что в приюте достаточно много больных животных и зараза может распространиться с космической скоростью. Примерно на 50-й миске я сбиваюсь со счета, а тут еще и с собачьей половины приносят, только успевай поворачиваться. Радует одно — у барбосов миски хоть и больше, но зато вылизаны до блеска.

10.30 — мне и не снилось

Вымыв гору посуды, выдыхаю и, наслаждаясь свежим воздухом, поднимаюсь наверх — к кошкам. "Освободилась? Чудесно. Иди к Яне, она покажет тебе, как мыть лотки и поддоны, займешься этим, а мы с ней будем мыть боксы, так быстрее получится", — дает новое поручение Светлана, и я отправляюсь в крохотный закуток, где колдует Яна.

Поддон — это пол клетки, на него настилают слой мягких впитывающих подстилок, на которых живет кошка. Про лоток, наверное, объяснять не надо. И я приступаю. Уже через четверть часа я с непривычки вся мокрая. Времени утереть пот нет, тару несут и несут — в приюте больше сотни кошек. Поддоны моются относительно быстро, а вот лотки с остатками кошачьей жизнедеятельности… Мою и мою, отскребаю то, что подсохло и вот, наконец (на часы я уже не смотрю), в конце тоннеля появился свет.

13.30 — находка у дверей

Очередная пара мешков мусора, и я, бодро шагая по дороге к контейнеру, застываю, налетев на то, к чему здесь давно уже привыкли. У дверей ветклиники приюта на одеяле лежит огромный черный пес очень преклонных лет. Поседевшие брыли, тело, раздавшееся в кости, как это бывает у пожилых… Видно, что он очень устал и глубоко уснул — дыхание редкое, почти незаметное. И только слезы хозяина, которые он пытается скрыть от нас, объясняют все.

Лара не первый год работает с животными и четко знает, что жизнь есть жизнь и нужно собрать себя в кучу: в приюте жизнь и смерть ходят рука об руку. Поэтому… вперед, работать дальше.

Все собрались на обед, коллектив обсуждает события дня, спрашивают меня о впечатлениях и я искренне признаюсь, что подобного опыта у меня в жизни не было. Света предлагает отвлечься от поддонов и попробовать вымыть бокс.

14.15 — уборканомеров

В "моем" боксе живут около 20 кошек, которым Света уже вычистила клетки и поставила миски с едой. "Значит, смотри — сдвигаешь клетки, из шланга обдаешь водой стены, все тщательно промываешь шваброй, опрыскиваешь антисептиком и приступаешь к полам — та же процедура, только раствор другой. Котов не намочи", — благословляет меня моя начальница, и я приступаю к работе.

В принципе, это не сложно и кажется, что у животных все чисто. Только вот на жаре да при такой влажности мне быстро становится нечем дышать, а сдвигая клетки, стоящие одна на другой в три этажа, я вижу, что у котов где-то уже наполнитель просыпался на пол, а кто-то еду уронил. Работать нужно очень аккуратно — кошачьи не любят воду, да и простуды ни к чему. Примерно через час я управляюсь с боксом (Света с Яной при этом умудряются практически закончить с остальными), и тут один из котов, глядя на результаты моих усилий, обильно орошает все рвотой. Как потом скажет Юра, помощник ветеринара приюта, коту не по себе еще с прошлого дня — что-то подхватил, сейчас курс лечения проходит. Пришлось заново вымыть участок пола, но это ерунда по сравнению с той работой, что выполняют работники ежедневно.

Завершив, спускаюсь к Юре в ветеринарку. "Сейчас никаких операций нет, будем делать обход, но сначала я посмотрю одну собаку", — говорит он. В карантинном отделении в боксе сидит крохотная черно-белая дворняжка. Ее, как и того стаффордшира, бросили, привязав к столбу, в Кохтля-Ярве. Как говорит Лара, скорее всего, не хотели возиться — собачка плохо себя чувствовала, страдала недержанием и, простите, мочилась кровью.

"Мы ее взяли, решили дать шанс, но сначала нужно было провести диагностику, — поясняет Юра. — Когда сделали рентген, то удивились даже видавшие все работники приюта: у собаки в мочевом пузыре обнаружился гигантсий камень. Человек при камнях меньшего размера воет от боли, передвигается на четвереньках и рвется в скорую. А тут несчастная собака, высотой 20 см и весом в три килограмма. А камень тут вот, у Лары на столе… Посмотри, если хочешь. Сейчас буду вынимать ей катетеры, делать уколы, а она их страшно не любит. Иди пока, погуляй с ней, чтобы она не оконфузилась на процедурах — всякое бывает".

***
Да, как и я предполагала, прогулка с собакой у меня в тот день действительно состоялась. Но выгул — это лишь малая и, поверьте, самая легкая часть той работы, которую ежедневно выполняют люди, работающие в приюте, искренне любящие свою работу и подопечных. К пяти вечера я уже, мягко говоря, устала, а у смены работа не закончилась — хоть оба этажа и уличные вольеры отдраены до блеска, нужно еще подготовить все для следующей смены, накормить собак, кого-то вымыть, кого-то вычесать, с кем-то просто пообщаться.

"Я часто говорю, что любить одного — легко, — говорит Лара. — А попробуй полюбить всю эту ораву, все эти 200 с гаком хвостов. У каждого своя судьба, часто изломанная, разные характеры, к каждому нужно найти подход. Здесь не каждый сможет выдержать. Любовь тут проверяется делом и сразу".

За тот день работы в приюте меня не пустили лишь в два места. И не потому что там что-то запретное, а потому что неподготовленному человеку может просто стать плохо. Первое — прием кошек. И второе — приютский морг, где лежат те, кому жизнь не дала шанса и куда вечером отправится месячный котенок, оказавшийся слабее двух своих братьев…

"МК Эстония"


Просмотров: 2899
Комментарии (0)Add Comment

Написать комментарий
smaller | bigger

security code
Напишите отображаемые буквы


busy
Назад